Бармен отвечает: Олег Пекарь

Олег Пекарь (бар Stirlitz Spy Bar) придумал очень интересный коктейль и крутую презентацию, благодаря чему стал победителем конкурса барменов «Арарат. Откровения». Вернувшись из Армении — а поездка в эту страну была одним из призов конкурса, — он рассказал bartenders.by о своих впечатлениях, о недавно стартовавшем шоу «Вечерний Пекарь» и о том, зачем барменам нужно ездить в деревни и готовить классические напитки для местных жителей.

— Олег, какие эмоции остались от поездки?
 
— Армения пока не самое популярное среди белорусов туристическое направление, поэтому было очень интересно после победы в конкурсе посетить эту страну — ее действительно можно назвать экзотической. Для меня Армения была страной контрастов до этого, а потом, когда я съездил, мнение свое не изменил. Страна, которая выводит из обычного представления об обществе, культуре. Очень интересный коктейль, вся страна — коктейль!  Гостеприимство, расположенность гостям. Знаешь, что Ереван входит в десятку самых безопасных городов для туризма? Так и есть. Гостеприимство зашкаливает: ты можешь остановить машину и спросить дорогу, все тебе улыбнутся, доведут, еще и накормят. 
 
— Где был, что видел? :)
 
— Первым делом мы поехали на сбор винограда — завод закупает его у частных фермеров. В этот же день посмотрели производство, цех дистилляции, увидели перегонные кубы. Продегустировали спирты различной выдержки, начиная с 1963 года, также нам подарили кастом-бленд из спиртов лучших урожаев. Видели комнату, где хранятся именные бочки, подписанные политиками и другими известными людьми, включая Ельцина, Леха Валенсу, Путина и так далее. Также побывали в «райской» комнате, где хранятся самые старые спирты, и в музее старых редких бутылок — многие делегации, посещавшие Ереванский Коньячный Завод (производитель "Арарат"), дарили музею свои образцы. Например, среди экспонатов есть уникальная бутылка Becherovka. Также были в Музее современного искусства и Музее режиссера Сергея Параджанова. 
 
 
— У тебя была какая-то цель перед поездкой, хотелось ли узнать что-то особенное?
 
— Я хотел узнать, что такое в действительности армянский коньяк и правильно ли его так называть. Все казалось запутанным, но оказалось просто: французы ничего не имеют против того, чтобы армянский коньяк носил название «коньяк» на территории постсоветских стран, однако «Арарат», который идет на экспорт, именуется «бренди», в соответствие с международным законодательством.
 
Главное, что я понял, — не нужно пытаться противопоставлять французский и армянский коньяк. Это абсолютно разные напитки: таких сортов винограда, как в Армении, нет больше нигде. Как и климата, и почв. Традиции и отношение к продукту также поразило. Когда ты смотришь в глаза мастеру купажа или рабочему, который только что взял сок для пробы на содержание сахара, ты видишь, что люди живут своим делом.  
 
После того, как я увидел производство, понял, что над созданием коньяка «Арарат» работают великолепные люди, которые ценят продукт и историю. Они не пытаются сделать новый бренд, забыв о своих традициях, но при этом чувствуют современные тенденции.
 
— Говоря о современных трендах — как ты относишься к коктейлям на коньяке?
 
— Сегодня очень многие бренды пробуют смотреть на свой продукт через призму миксологии. Я считаю, что подобные эксперименты могут быть плохими или хорошими, в зависимости от того, как и для чего ты это делаешь. Каждый коктейль нужно создавать с какой-то идеей и целью. Если для этой идеи подходит коньяк, то почему нет?
 
 
— Расскажешь о том, как создавал коктейль для конкурса?
 
— Для меня это не первый конкурс, но в этот раз я думал о победе и понимал, что нужно отличаться от других. Было очевидно, что большинство ребят приготовят сухие крепкие напитки: у коньяка именно такая аура — напиток для взрослых и состоявшихся. Я решил сыграть на контрасте.
 
— …Придумав напиток для детей? :) 
 
— Напиток для повзрослевших детей, детей поколения начала 1990-х. Часто наше поколение, чье детство прошло в 1990-х, пытается перепрыгнуть через свое детство, и сразу стать похожим на своих родителей или героев кино. И как-то это стыдно или стеснительно посмотреть на то, что происходило в нашем детстве. Я решил, что это тоже часть истории, от нее нельзя отказываться. Просто можно посмотреть с иронией. Стал искать вдохновение — на ум пришли жвачки и шоколадные батончики. Решил, что напиток будет со «Сникерсом», который для нас был чем-то большим, чем просто шоколадка.  Получился с одной стороны, серьезный диджестивный напиток, с другой — конфетный и няшный. 
 
 
— Одним из условий конкурса было вдохновение Арменией…
 
— Сложно было вдохновляться Арменией, если до этого ты не был в Армении. В голове — библейские сюжеты и знаменитые выходцы: Айвазовский, Шарль Азнавур, Булат Акуджава. Ну и System of a down, трек которых я включил на презентации…  Я знал, что иду ва-банк, и не имел ни малейшего понятия, воспримут ли жюри мою презентацию. Просто решил гнуть свою линию до конца, на всякий случай, предусмотрев ответы на любые возможные вопросы.  
 
— Ты часто используешь в презентациях рэп и поэзию. Можешь рассказать об этом увлечении?
 
— Мне кажется, многие ребята с творческой жилкой пробовали писать рэп. Мое детство пришлось на пик хип-хоп культуры, мы танцевали брейк на коробках от холодильников, склеенных скотчем, оставляли какие-то первые граффити в подъездах. Писать рэпчину я пробовал и раньше, а сейчас минимальное умение рифмовать, делать это быстро и, надеюсь, стильно, иногда играет мне на руку. Мне кажется, это помогает через фан доносить какие-то интересные или серьезные мысли. 
 
 
— Пробовал себя проявлять в этом плане не только на конкурсах, но и в обычные дни за стойкой?
 
— Ну, сейчас в Stirlitz стартовала активность «Вечерний Пекарь». Это что-то вроде шоу с алкогольно-юмористическим подтекстом. Первым гостем у меня был Олег Лимон (это солист группы No Comment), мы обсуждали с ним новости Беларуси и мира, а после попробовали почитать фристайл. 
 
 
— Как возникла идея такого шоу?
 
— Друзья часто говорили, что мне нужно выступать на сцене или вести передачу — решил попробовать. И, кстати, давно мечтаю о некоем ток-шоу о барной культуре. Дело в том, что я заметил следующее: мы, вроде, привыкли говорить о культуре пития, однако есть мнение, что бармены варятся в собственном соку и с каждым годом отдаляются от гостей.  Мы участвуем в международных конкурсах, ребята из Минска занимают призовые места, а большая часть гостей только-только начинает заказывать «Виски-сауэр». Мне кажется, что развитие должно быть более плавным. Нужно смотреть на культуру пития в полном разрезе, а она начинается не с «Дайкири» в баре, а с боярышника возле аптеки. И вот это также нужно учитывать.
 
 
— Ты же не затащишь любителей боярышника в свой бар насильно?
 
— Зато очень хочу выехать в деревни с мобильным баром и дать жителям возможность попробовать их первые классические напитки. А потом прийти с деревенским самогоном в топовый бар и попросить что-нибудь на нем приготовить. Вот тогда это будет здоровый организм. Нужно приходить с классикой к тем людям, которые не знают что это, и приносить «земные» напитки, предлагая из них что-то приготовить, тем, кто слишком «заморочился». 
 
— Ты серьезно?
 
— Абсолютно. Да, мне было бы интересно приготовить твисты на классику с самогоном или какими-то настойками, которые можно найти у бабушек и дедушек. И да, я ищу людей, единомышленников, которым было бы интересно поездить по деревням и поготовить классику для местных жителей, послушать их комментарии. Дать им оценочные листы, объяснив, что такое послевкусие и текстура, и послушать, что они скажут. И держать наготове камеру, чтобы запечатлеть первые эмоции от их первого «Негрони» или «Мартини».
 
 
— Это уже похоже на культурологию! А как ты пришел в бартендинг?
 
— Когда я демобилизовался из армии, отслужив год снайпером, начал работать дизайнером, фотографом, занимался художественной росписью стен, несмотря на то, что по образованию экономист-менеджер. В какой-то момент мои друзья оформляли интерьер бара «Куба» в Гродно. Однажды я зашел посмотреть, как идут дела, и познакомился с владельцем заведения. В разговоре у меня проскользнул барный термин, и он спросил, бармен ли я.
 
Узнав, что нет, он предложил заполнить мне анкету. Там были вопросы для людей, которые что-то понимают в этом деле, поэтому я на какие-то из них ответил, а на какие-то нет. К слову, на вопрос, что такое арманьяк, я написал: «армянский коньяк» :) Владелец бара, когда читал анкету, в какие-то моменты посмеялся, в какие-то — закрывал лицо рукой. Но в итоге сказал, мол, делай санкнижку. Уже через месяц я стоял за стойкой.