Бармен отвечает: Виталий Багиян

Почему армянский коньяк неправильно сравнивать с французским, как стать амбассадором бренда и что подмешивают в сангриту в баре El Pushka? Сегодняшним гостем рубрики «Бармен отвечает» стал Виталий Багиян — «пушкадор» и бренд-амбассадор АРАРАТ в Беларуси.

— Ты работаешь на постоянной основе в баре El Pushka и одновременно являешься бренд-амбассадором АРАРАТ. Не чувствуешь ли ты диссонанса, сталкиваешься ли со сложностями на этой почве? Или наоборот, видишь какие-либо пересечения латиноамериканской и армянской культур?

— В любых культурах можно найти пересечения, даже с точки зрения продуктов: вот возьмем кофе — его очень любят в латиноамериканских странах и очень любят в Армении. Совмещая две работы, никаких сложностей и уж тем более диссонансов я не ощущаю. У меня армянские корни и АРАРАТ для меня не просто слово — это один из первых алкогольных продуктов, с которыми я познакомился. И даже работая в латиноамериканском баре, я могу продвигать какие-то свои идеи — ребята-коллеги меня поддерживают.

— Каким было первое твое знакомство с АРАРАТ?

— В армянских семьях есть традиция: когда рождается ребенок, его родители покупают бутылку АРАРАТ, подписывают ее и откупоривают тогда, когда случается какое-либо важное событие: достижение совершеннолетия, свадьба или окончание университета. В моем случае была припасена бутылка «Ахтамар», и ее мы открыли на мое 18-летие.

АРАРАТ — часть армянской истории и наследия. Есть много других локальных продуктов, но именно этот коньяк — что-то важное, знаковое и яркое. Это самый развитый, значимый для нас бренд и это первый марочный армянский коньяк — «Фин-шампань Отборный» (его современным потомком является АРАРАТ «Отборный»).

— Как ты стал бренд-амбассадором? В чем суть работы?

— Примерно полгода назад Дэнис Вальдес рассказал о том, что появилась такая вакансия в «Перно Рикар Минск». Я решил попробовать, прошел собеседование, по итогу выбрали меня. Работа амбассадора — это, прежде всего, желание познакомить людей с брендом и заинтересовать их. Для этого нужно самому искренне любить бренд. У меня этого точно не отнять — многие знакомые и раньше замечали, что я постоянно продвигаю АРАРАТ и его историю.

— Но ты ведь прошел какое-то дополнительное обучение?

— Конечно, первым же делом я отправился в Армению на бренд-саммит: нас возили на завод, показывали технологии, водили в музей, дали всю необходимую литературу и информацию. Познакомился с ребятами, которые работают в музее — теперь они всегда со мной на связи и могут предоставить любую информацию, если у меня ее не окажется.

— Что поразило больше всего?

— Искренность во всем. Когда я на менторингах показываю видеоролики с интервью мастеров производства, довольно часто из зала прилетает вопрос: «Сколько заплатили актерам?». А это никакие не актеры — это действующие работники Ереванского коньячного завода. И их трепетное отношение к национальному продукту и его будущему действительно завораживает.

Есть ли в твоей работе какая-то измеримая цель? Что должно произойти, чтобы ты понял, что выполнил свою миссию? Неужели все кругом должны начать покупать исключительно АРАРАТ?

— Начну с того, что с этим коньяком связаны некоторые стереотипы. Есть люди, которые думают, что производство АРАРАТ довольно кустарное, а сам продукт разливают везде, где угодно. В действительности же АРАРАТ бутилируют исключительно на ЕКЗ, а на самом заводе установлено ультрасовременное оборудование, включая перегонные кубы и прессы для отжима, новее которых нет даже во Франции. Плюс, конечно, свои традиции и история, пусть и не совсем давняя — всего 130 лет… Естественно, я не пытаюсь добиться того, чтобы все люди пили исключительно АРАРАТ, но если после моего менторинга они узнают что-то новое, попрощаются с каким-то стереотипами и поблагодарят меня, я почувствую, что работал не зря.

— Корректно ли сравнивать АРАРАТ с французскими коньяками или бренди?

— Разумеется, такие сравнения неизбежны, поскольку технологии идентичны. Однако армянский коньяк — это отдельная категория, у которой есть минимум два важных отличия. Первое — сырье: эндемические сорта винограда (воскеат, ркацители и многие другие), которых нет в других регионах. Второе отличие — использование воды из природного источника Катнахпюр. Этот процесс внедрил в производство самый известный в истории ЕКЗ мастер купажа Маркар Седракян, который, к слову, в 1970-х был награжден высшим отличием французского коньячного дома «Камю» — медалью «Рыцарь дегустации».

— Как правильнее всего дегустировать коньяк?

— Все довольно просто: наливаешь в бокал немного напитка, делаешь несколько вращений небольшой амплитуды, чтобы обогатить продукт кислородом. Далее есть два «носа» – сначала нужно вдохнуть аромат в 15 сантиметрах от поверхности, потом — в 5-10 сантиметрах. После этого следует уже непосредственно дегустация вкуса. Также стоит помнить о том, что любая дегустация начинается даже не с оценки аромата или вкуса, а с оценки цвета.

Кроме этого, для армян очень важна традиция чокания. Есть два объяснения этой традиции. Первое — в древности люди чокались кубками с вином, чтобы напиток переливался из кубка в кубок, и все были уверены в том, что он не отравлен. Сами же армяне объясняют это по-другому: во время дегустации мы оцениваем цвет, аромат и вкус, то есть, задействуем все органы чувств, кроме слуха, — а задействовать нужно все. Поэтому и чокаются.

— В барной индустрии ты уже 8 лет. Часто ли меняешь места работы? Как относишься тому, что иногда бармены работают всего по полгода в одном заведении?

— За все время я сменил всего три бара. Примерно пять лет проработал в Tapas Bar (и там получил отличную базу), потом работал в «Бессоннице», теперь вот El Pushka, и пока менять ничего не собираюсь. 

Многие бармены считают, что развитие заканчивается там, где начинается зона комфорта. Но в то же время, я помню, как мне четко объяснили когда-то в начале: не бывает такого момента, когда в ресторане нет работы. Всегда ее можно найти. Это может быть как механическое выполнение обязанностей, так и образование — а учиться можно бесконечно. Посмотри, сколько бутылок на полке любого бара — и у каждой бутылки есть своя история. Изучай, а после того, как изучишь — изучай заново.

— Как думаешь, в чем секрет успеха El Pushka? Почему практически в любой день у вас полный «биток» гостей?

— Нет никакого секрета — мы точно не подмешиваем в сангриту что-то, вызывающее зависимость. Наверно, просто любим свое дело, а гостям гораздо приятнее приходить в то место, где им всегда рады. Как говорят, вино не может быть плохим или хорошим — все зависит от того, с кем ты его пьешь. Где-то могут быть сложносочиненные эксклюзивные напитки, но скучная и неинтересная атмосфера, а у нас наоборот — просто и весело. И многим людям нравится именно это.

— Почувствовали ли вы на себе пятидневный «безвиз»?

Да, иностранных гостей стало ощутимо больше — чаще всего заходят скандинавы и голландцы. Как мне кажется, это те люди, которые давно путешествуют — они объездили всю Европу, а Беларусь для них оставалась белым пятном. Те иностранцы, с которыми я общался во время работы, делились положительными впечатлениями и говорили, что еще вернутся, хотя изначально ехали сюда с кучей предрассудков.

— Что в работе тебе нравится больше всего? Общение, миксология или еще что-то?

— Я люблю весь процесс от и до — это не только общение с гостями или смешивание напитков, но и ежедневная подготовка к открытию. Рядовой гость этого может не знать, но, прежде чем открыть бар, мы достаточно долго заготавливаем сангриту, давим соки, получаем товар и банально наводим порядок. Бар открывается в 18.00. Знаешь, во сколько мы приходим на работу? В 10 утра. И эти часы общения с ребятами-коллегами также очень ценны.